загрузка...
 

  Главная    Аудиокниги   Музыка    Экранизации    Дебют    Читальный зал     Сюжетный каталог    Форум    Контакты

 

Личный кабинет

 

 

 

Забыли пароль?

Регистрация

 

 

Авторы

 Исторические любовные романы

 Современные любовные романы

 Короткие любовные романы

Остросюжетные любовные романы

 Любовно-фантастические романы

 

 
Говорят, что первая любовь приходит и уходит. Оставляет после себя приятное послевкусие, а иногда горечь. Но это обязательно нужно пережить, то главное волнение, а порой и лёгкое сумасшествие. Взять от первой любви всё лучшее и важное, и дальше строить свою жизнь, помня и ни о чём не жалея... 

 

 
 
 
Неизбежное пугает, но для Эли известие о смертельной болезни стало шагом к новой жизни. Жизни без чужого мнения, оглядок на прошлое, настоящей жизни. Смелость и уверенность стали её девизом. Все страхи позади, но времени остаётся слишком мало, а нужно успеть испытать всё, чего была лишена... 
 
  
Что может быть увлекательнее, чем новые отношения, особенно, если они ни к чему не обязывают. Вот только, если ты чего-то не понимаешь, становиться как-то не по себе. Влад, познакомившись с девушкой Милой, не ждал такого стремительного развития отношений и, тем более, ещё более стремительного их завершения... 
 
 Он был Ангелом, хотел попасть в Великое Ничто, куда после мятежа была отправлена его возлюбленная, и потому стал высмеивать творения Создателя, за что и был выдворен с Небес - но не в Ничто, к возлюбленной Моник, а на Землю, в Америку конца 19-го века, к человекам, которых презирал...
 
 
 
 



 

 

 

 

Главная (Библиотека любовного романа) » Сесилия Ахерн Там, где ты. Глава 41

 

 

Сесилия Ахерн Там, где ты. Глава 41

Глава сорок первая

Несмотря на протесты и угрозы доктора Бартона, Джек решил продолжить начатое и все-таки поехать в Литрим. Еще одна ночь, проведенная в комнатушке юного Бобби, вновь пробудила в нем стремление найти Донала. Впрочем, никакого особого пробуждения и не требовалось. Это желание составляло неотъемлемую часть души Джека, пристально всматривающегося в окружающий мир, все время остающегося начеку, повсюду и во всем ищущего ответы, подсказки и тайные смыслы. Он по-прежнему верил, что приблизится к решению своей проблемы, отыскав Сэнди. Она была лекарством, которого требовал его уставший и измученный мозг, чтобы наконец-то отдохнуть. Почему все сложилось именно так, он и сам не знал, но подобная наивная уверенность посещала его не настолько часто, чтобы игнорировать ее. Словно частичку его самого, исчезнувшую вместе с Доналом, заменил некий новый смысл, наделив его дополнительной силой. Он чувствовал себя слепцом, вынужденным руководствоваться обострившимся обонянием и осязанием и на слух ловить подсказки своего сердца. Потеряв Донала, Джек утратил зрение, но приобрел новое понимание направления своей жизни.

Он не знал, что скажет родителям Сэнди, когда встретится с ними. Если, конечно, они окажутся дома и захотят уделить ему время. Он просто продолжал двигаться по стрелке невидимого внутреннего компаса, который заменил ему Донала. В полдень Джек уже сидел в своем автомобиле за углом квартала, в котором они жили. Невзирая на субботу, маленький тупик пустовал. Джек вышел из машины и пошел по улице, надеясь, что смотрится достаточно естественно, но чувствуя и зная, что совершенно неуместен на этой тихой улице, словно единственная движущаяся по доске шахматная фигура.

Он остановился перед домом номер четыре, на подъездной дорожке которого стояла миниатюрная серебристая двухдверная машина, блестевшая на солнце. В безупречном садике перед домом кипела бурная жизнь пчел и птиц. Летние цветы находились в апогее своей славы, радуя глаз всеми тонами и оттенками и притягивая сладкими медовыми ароматами жасмина и лаванды. Трава на всем участке была одинаковой высоты, ровно в дюйм, а ее граница с дорожкой, ровная, как струна, казалась такой острой, словно могла срезать любой лепесток, посмевший ее нарушить. На стене у двери висела корзинка, полная петуний и герани. Рядом с ней стоял большой зонт, а под ним высокие болотные сапоги и спиннинг. У входа гном под ивой держал в руках табличку с надписью «Добро пожаловать». Джек немного расслабился. Здесь отсутствовали забитые досками окна, лающие собаки или сожженные автомобили из жутких сценариев, которые он сам себе насочинял.

Он открыл калитку, выкрашенную той же лимонной краской, что входная дверь и оконные рамы, словно в настоящем пряничном домике. Калитка, как он и подозревал, не скрипнула. Джек пошел по дорожке, выложенной гладкой тротуарной плиткой, в швах которой не пробивалось ни травинки. Подойдя к двери, он прочистил горло, потом нажал на кнопку звонка, в треньканье которого тоже не расслышал ничего угрожающего. Раздались шаги, за тонированным стеклом появилась тень. Несмотря на добродушную внешность, женщина — мать Сэнди, как он предположил, — не спешила открыть вторую раздвижную дверь, насторожившись при виде чужого человека на пороге ее дома.

— Миссис Шорт? — спросил Джек, постаравшись придать лицу самое безобидное выражение.

Она вроде немного успокоилась и подошла поближе к крыльцу.

— Слушаю вас.

— Меня зовут Джек Раттл, мне очень неловко беспокоить вас, но я хотел бы узнать, дома ли Сэнди.

Она быстро окинула его оценивающим взглядом — кто это разыскивает ее дочь? — после чего раздвинула двери.

— Вы друг Сэнди?

Если он скажет «нет», она скорее всего просто уйдет.

— Да, — кивнул он. — Она дома?

Она покачала головой:

— Мне очень жаль, мистер… Как, вы сказали, вас зовут?

— Джек Раттл. Зовите меня просто Джеком.

— Джек. — Она расплылась в дружелюбной улыбке. — Ее здесь нет. Могу я вам чем-то помочь?

— Может быть, вы знаете, где она? — Он тоже улыбнулся, подозревая, что в разговоре наступил весьма неловкий момент — абсолютно чужой человек пытается что-то выспросить у матери о ее ребенке.

— Где она? — повторила женщина задумчиво. — Не знаю, Джек. Интересно, а Сэнди хочет, чтобы я сообщила вам, где она?

Они оба засмеялись, и Джек смущенно затоптался на месте.

— Не уверен, что сумею убедить вас в том, что она бы этого хотела. — Он поднял руки вверх, заранее признавая поражение. — Уж и не знаю, на что я рассчитывал, явившись сюда. Наверное, просто хотел попытать счастья. Извините за беспокойство. Могу я оставить ей сообщение? Передайте, пожалуйста, что я искал ее и… — Он сделал паузу и попытался придумать нечто такое, что выманило бы Сэнди оттуда, где она пряталась, — может, даже в этом доме. — Скажите ей, пожалуйста, что я не могу справиться с этим без нее. Она поймет, о чем я.

Мать Сэнди кивнула, продолжая изучать его.

— Я передам ей ваше сообщение.

— Спасибо. — Оба замолчали, и Джек уже собрался уходить.

— Вы ведь не из Литрима, правда?

— Из Лимерика, — с улыбкой ответил Джек.

Женщина обдумала его ответ.

— Она собиралась поехать к вам на прошлой неделе?

— Да.

— Все, что мне известно, так это то, что дочка звонила мне по дороге в Глайн. Она ведь туда ехала? — Ее лицо посерьезнело. — Она ищет кого-то из ваших близких?

Джек кивнул и почувствовал себя подростком, который стоит у входа в ночной клуб и надеется, что, раз швейцар молчит, значит, позволит ему войти.

Миссис Шорт не двигалась с места, погруженная в собственные мысли. Потом посмотрела на улицу. Соседка из дома напротив, которая работала в саду, подняла руку в перчатке и помахала, и она ей ответила. Возможно почувствовав себя в большей безопасности, миссис Шорт приняла решение.

— Заходите, — обратилась она к нему, отошла от двери и пересекла прихожую.

Джек оглянулся, увидел, что соседка следит за тем, как он робко входит в дом, и неловко улыбнулся. Он слышал, как миссис Шорт возится на кухне, переставляет чашки и тарелки. Потом зашумел чайник. Внутри дом оказался таким же безупречно чистым, как снаружи. Входная дверь вела непосредственно в гостиную. Здесь пахло полиролью для мебели и свежестью, как будто все окна были распахнуты настежь, чтобы впустить в дом ароматы сада. В комнате царил абсолютный порядок, ковер вычищен пылесосом, серебряные и медные подсвечники и ручки сияют, дерево блестит.

— Я здесь, Джек. — Миссис Шорт позвала его так, будто они всю жизнь были близкими друзьями.

Он вошел в сверкающую ожидаемой чистотой кухню. Посудомоечная машина работала, бубнило радио, включенное на первую программу, а чайник набирал обороты, готовясь вот-вот вскипеть. Застекленная дверь выходила в еще один ухоженный садик, расположенный позади дома. Там стоял большой скворечник, где в настоящий момент проживал дрозд: он прожорливо клевал насыпанный корм, в промежутках между двумя зернами распевая песню.

— У вас славный дом, миссис Шорт, — сказал Джек, присаживаясь к кухонному столу. — Спасибо, что пригласили зайти.

— Можете называть меня Сьюзен и чувствуйте себя как дома. — Она наполнила заварочный чайник кипятком, прикрыла грелкой и стала ждать.

Джек давненько не пил такого чая — только мать умела так заваривать. Хотя Сьюзен сама пригласила его зайти, она все еще держалась настороженно и стояла у стойки, положив одну руку на чайную грелку, а в другой вертя чайный пакетик.

— Вы первый друг Сэнди, который пришел к нам с тех пор, как она стала подростком. — Казалось, Сьюзен о чем-то глубоко задумалась.

Джек не знал, что на это ответить.

— Вы хорошо знаете Сэнди?

— Не слишком.

— Ну да, — проговорила она скорее самой себе, — так я и думала.

— Всякий день, пока ищу ее, я узнаю о ней что-то новое, — добавил он.

— Вы ее ищете? — Она в недоумении приподняла брови.

— Именно поэтому я здесь, миссис Шорт…

— Сьюзен, пожалуйста. — Она выглядела расстроенной. — Когда я слышу эту фамилию, всегда вздрагиваю. Так и кажется, что сейчас увижу мать Гарольда. И сразу капустой запахнет… Почему-то от нее всегда пахло капустой.

— Сьюзен, — повторил он, — я вовсе не хочу вас огорчать, но дело в том, что на прошлой неделе, как вы и сказали, мы должны были встретиться с Сэнди. Она не пришла, и с тех пор я делаю все возможное, чтобы связаться с ней. — Он специально не упомянул о том, как нашел машину и телефон. — Уверен, что с ней все в порядке, но я действительно хочу… — Он поправился: — Мне действительно нужно ее найти.

Посеять панику в душе матери Сэнди абсолютно не входило в его планы, и он задержал дыхание в ожидании ответа. И испытал облегчение, если не легкий шок, увидев усталую улыбку, которая начала медленно наплывать на ее лицо, но вскоре сдалась и превратилась в огонек печали, загоревшийся в глазах.

— Все правильно, Джек. Вы в самом деле знаете нашу Сэнди недостаточно хорошо. — Она повернулась к нему спиной, чтобы налить чай. — А теперь давайте я еще кое-что расскажу вам о своей дочери. Я ее очень люблю, но она умеет прятаться так же ловко, как носок в стиральной машине. Никто никогда не знает, куда он запропастился, и ровно так же никто не знает, куда ее занесло. Во всяком случае, когда она решает вернуться, мы все здесь, на месте, и ждем ее.

— На этой неделе я это слышал от всех, с кем разговаривал.

Она вздохнула:

— А с кем еще вы говорили?

— С ее квартирным хозяином, с клиентами, с доктором… — виновато перечислял он. — Мне просто не хотелось беспокоить вас.

— С ее доктором? — переспросила Сьюзен, совершенно не обидевшись на то, что к ней он обратился в последнюю очередь; упоминание о враче заинтересовало ее гораздо больше.

— Да, с доктором Бартоном, — медленно произнес Джек, не уверенный, что стоит раскрывать личные тайны Сэнди ее матери.

— А-а-а… — Сьюзен попыталась скрыть улыбку.

— Вы его знаете?

— А это, случайно, не доктор Грегори Бартон? — Она не хотела выдавать свое волнение, но это у нее плохо получалось.

— Да, он. Только если будете говорить с ним, не упоминайте меня — похоже, я ему не очень понравился.

— Конечно, — задумчиво протянула Сьюзен, не слыша его. — Ну конечно же, — повторила она, и ее глаза загорелись, словно наконец-то узнала ответ на неведомый Джеку вопрос.

Она наверняка очень обрадовалась, однако, вспомнив о присутствии Джека, придала своему лицу безразличное выражение и позволила любопытству взять верх над материнской радостью.

— А почему вы так хотите отыскать Сэнди?

— Я забеспокоился, когда она не приехала в Глайн на нашу встречу, а потом мне никак не удавалось с ней связаться, и это еще больше взволновало меня. — Сказанное частично соответствовало действительности, однако прозвучало нескладно, и он это сразу почувствовал.

Сьюзен, судя по всему, тоже так подумала. Она подняла брови и озадаченно произнесла:

— Три недели я дожидалась сантехника Барни, который должен установить раковину на кухне, но мне не пришло в голову отправиться к его матери.

Джек рассеянно перевел взгляд на раковину.

— Все-таки Сэнди ищет моего брата. Я даже связался с одним полицейским в Лимерике. — Он почувствовал, что краснеет, а у Сьюзен вырвался удивленный возглас. — Его зовут Грэхем Тернер — на случай, если он позвонит.

Сьюзен вздохнула:

— Мы трижды обращались в полицию, а потом перестали. Если этот Тернер поговорит с людьми, он поймет, что расследование можно прекратить.

— Уже, — мрачно ответил Джек, а потом нахмурился. — Ничего не понимаю, Сьюзен. Куда она могла деться? Не могу себе представить, как ей удается так хитро исчезать, чтобы никто не знал, где она, и никто не хотел это узнать.

— У каждого из нас есть такие места, где мы скрываемся, и все мы готовы простить людям, которых любим, их маленькие слабости. — Она подперла ладонью голову и внимательно посмотрела на него.

Он тяжело вздохнул:

— Разве это правильно?

— Что вы имеете в виду?

— Разве это правильно — позволять людям просто так растворяться в воздухе? Не задавать вопросов? Приходить и уходить, когда захочется? Исчезать, появляться и снова пропадать? И все в порядке! — Он зло усмехнулся. — Никто ни из-за чего не переживает! Не напрягайтесь и не волнуйтесь за своих домашних, которые вас любят и сходят с ума от беспокойства!

Наступила тишина.

— Вы любите Сэнди?

— Что? — изумился он.

— Вы сказали… — Она замолчала. — Ладно, не важно. — Она отхлебнула чаю.

— Я вообще говорил с Сэнди только по телефону, — медленно произнес он. — Между нами не было никаких… отношений.

— Значит, разыскивая мою дочь, вы ищете своего брата? — Он не успел ответить на этот вопрос. — Полагаете, он прячется там же, где Сэнди? — напрямую спросила она.

Итак, наконец-то все было сказано. Совершенно чужая женщина, которую он впервые встретил не более десяти минут назад, четко и недвусмысленно сформулировала смехотворную причину, объяснявшую его лихорадочные действия. Для этого ей понадобилось задать всего один-единственный вопрос. Сьюзен чуть помолчала, а потом продолжила:

— Не знаю, при каких обстоятельствах исчез ваш брат, Джек, но абсолютно уверена, что его нет там, где находится Сэнди. Существует еще один урок, — мягко произнесла она, — урок, который мы с Гарольдом усвоили много лет назад. Никому и никогда не удается найти в стиральной машине второй носок от пары. Во всяком случае, если поставить перед собой такую цель. — Она отрицательно поводила рукой. — Что-то непременно исчезает. И можно сойти с ума, пытаясь это отыскать. Не важно, насколько тщательно вы организуете свою жизнь, как аккуратно раскладываете вещи. — Она замолчала и грустно улыбнулась. — Я лицемерю. Лгу себе, будто опрятный дом заставит Сэнди чаще приезжать. Мне кажется, если она поймет, что в нашем доме царит идеальный порядок и у всякой вещи есть свое место, ей больше не придется расстраиваться из-за потерь. — Сьюзен скользнула взглядом по кухне без единого пятнышка. — В любом случае, не имеет никакого значения, как внимательно, как старательно или как регулярно вы следите за вещами, все равно вы не в состоянии контролировать их. Иногда и вещи, и люди уходят, — она успокаивающе накрыла рукой его ладонь. — Не разрушайте свою душу, стараясь узнать куда.


Они попрощались на пороге, и Сьюзен, пытаясь скрыть смущение, произнесла:

— Кстати о пропавших вещах. Если встретите Сэнди раньше, чем мы, скажите ей, что я нашла ее лиловый дневник с бабочками. Он лежал в старой спальне. Это очень странно — я убирала в ее шкафу десятки раз, но только сейчас на него наткнулась. — Она нахмурилась. — В любом случае, ей будет приятно это узнать.

Она осмотрелась по сторонам и снова помахала кому-то на противоположной стороне улицы. Джек повернул голову и увидел женщину примерно того же возраста, что и Сьюзен.

— Это миссис Батлер, — сказала она, а Джек не понял, зачем ему это знать. — Ее дочка Дженни-Мэй пропала в десятилетнем возрасте. Ровесница Сэнди. Такая была милая девочка, просто ангелочек, все так считали.

Неожиданно заинтересовавшись, Джек более внимательно пригляделся к женщине.

— Ее нашли?

— Нет, — грустно ответила Сьюзен, — так и не нашли. Но ее мать вот уже двадцать четыре года каждую ночь оставляет свет над входной дверью в надежде, что Дженни-Мэй вернется. И практически никогда не уезжает из дому — боится пропустить ее.

Джек медленно пошел к своей машине с каким-то странным и необычным чувством: что-то в нем изменилось, как если бы он поменялся телом с человеком, который всего лишь час назад вошел в дом Шортов. Он остановился, посмотрел на небо и подумал о том, что узнал во время встречи с матерью Сэнди. Улыбнулся. И заплакал — так, словно спокойствие и утешение омыли его пролившимся дождем. Потому что впервые за год он почувствовал, что сможет когда-нибудь остановиться.

И снова начать жить.

 

Главы

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55

 

 

 
 

Главная Аудиокниги Музыка  Экранизации   Дебют   Читальный зал   Сюжетный каталог  Форум   Контакты

Поиск книг в интернет-магазинах

© Библиотека любовного романа, 2008-2016

Запрещена полная или частичная перепечатка материалов сайта без письменного согласия автора проекта. Допускается создание ссылки на материалы сайта в виде гипертекста.

Наши партнеры: Ресторан в южном округе - банкеты, юбилеи, свадьбы.

 

Статистика

Rambler's Top100

Яндекс.Метрика

  ........