загрузка...
 

  Главная    Аудиокниги   Музыка    Экранизации    Дебют    Читальный зал     Сюжетный каталог    Форум    Контакты

 

Личный кабинет

 

 

 

Забыли пароль?

Регистрация

 

 

Авторы

 Исторические любовные романы

 Современные любовные романы

 Короткие любовные романы

Остросюжетные любовные романы

 Любовно-фантастические романы

 

 
Говорят, что первая любовь приходит и уходит. Оставляет после себя приятное послевкусие, а иногда горечь. Но это обязательно нужно пережить, то главное волнение, а порой и лёгкое сумасшествие. Взять от первой любви всё лучшее и важное, и дальше строить свою жизнь, помня и ни о чём не жалея... 

 

 
 
 
Неизбежное пугает, но для Эли известие о смертельной болезни стало шагом к новой жизни. Жизни без чужого мнения, оглядок на прошлое, настоящей жизни. Смелость и уверенность стали её девизом. Все страхи позади, но времени остаётся слишком мало, а нужно успеть испытать всё, чего была лишена... 
 
  
Что может быть увлекательнее, чем новые отношения, особенно, если они ни к чему не обязывают. Вот только, если ты чего-то не понимаешь, становиться как-то не по себе. Влад, познакомившись с девушкой Милой, не ждал такого стремительного развития отношений и, тем более, ещё более стремительного их завершения... 
 
 Он был Ангелом, хотел попасть в Великое Ничто, куда после мятежа была отправлена его возлюбленная, и потому стал высмеивать творения Создателя, за что и был выдворен с Небес - но не в Ничто, к возлюбленной Моник, а на Землю, в Америку конца 19-го века, к человекам, которых презирал...
 
 
 
 



 

 

 

 

Главная (Библиотека любовного романа) » Сесилия Ахерн. Посмотри на меня. Глава 35

 

 

Сесилия Ахерн. Посмотри на меня. Глава 35

Глава тридцать пятая

Элизабет прошла мимо потрясенной миссис Брэкен, которая стояла в дверях с неодобрительным видом вместе с двумя другими пожилыми женщинами — каждая с куском материи в руках. Они осуждающе покачали головами, когда она устало прошла мимо. Краска комьями свисала с ее волос, которые разметались по спине, создавая красивые разноцветные пятна.

— Она потеряла рассудок или что? — громко прошептала одна из женщин.

— Нет, как раз наоборот. (Элизабет почувствовала улыбку в голосе миссис Брэкен.) Я бы сказала, что она, похоже, ползала на четвереньках, пытаясь его отыскать.

Другая женщина неодобрительно покачала головой и ушла, бормоча что-то насчет того, что не одна Элизабет спятила.

Элизабет не обратила внимания ни на взгляд Бекки, ни на восклицание Поппи: «Совсем другое дело!» — и, пройдя в кабинет, тихо закрыла за собой дверь.

Она прислонилась к ней спиной и попыталась понять, почему ее так трясет. Что происходит с ней? Какие чудовища пробудились ото сна и шевелятся у нее внутри? Она сделала глубокий вдох через нос и медленно выдохнула, считая про себя до десяти, потом повторила свое любимое упражнение несколько раз, пока ее ослабевшие колени не перестали дрожать.

Все было отлично, если не считать легкого смущения, когда она шла через город, раскрашенная во все цвета радуги. Все было хорошо, пока Айвен что-то не сказал. Что же он сказал? Он сказал… и когда она вспомнила, по ее телу пробежал холодок.

Паб Флэнагана. Она избегает паб Флэнагана, сказал он. А она и не замечала, пока он не обратил на это ее внимание. Почему она так делает? Из-за Сирши? Нет, Сирша пьет в «Горбе верблюда» на холме, дальше по дороге. Она так и стояла, прислонясь к двери, напряженно думая, пока у нее не закружилась голова. Комната вертелась не переставая, и она решила, что лучше пойти домой. Туда, где она могла контролировать, кто входит, а кто выходит, где каждая вещь лежала на своем месте и каждое воспоминание было ясным. Ей был нужен порядок.


— Айвен, где твоя подушка с бобами? — спросила Гортензия, посмотрев на меня со своего выкрашенного в желтый цвет деревянного стула.

— О, она мне надоела, — ответил я. — Теперь я больше всего люблю крутиться.

— Мило. — Она одобрительно кивнула.

— Опал сильно опаздывает, — сказал Томми, вытирая рукой мокрый нос.

Гортензия брезгливо отвернулась, расправила свое красивое желтое платье, скрестила лодыжки и стала покачивать ногами в открытых белых туфельках и в носках с оборочками, напевая ту самую мурлыкающую песенку.

Оливия вязала, сидя в кресле-качалке.

— Она придет, — проскрежетала она.

Джейми-Линн потянулась к центру стола, чтобы взять шоколадную булочку с изюмом и стакан молока. Отхлебнув, она поперхнулась, закашлялась, и молоко пролилось ей на руку. Она его слизнула.

— Джейми-Линн, ты опять играла в приемной у доктора? — спросила Оливия, глядя на нее поверх очков.

Джейми-Линн кивнула, снова закашлялась и откусила еще кусок булочки.

Гортензия с отвращением наморщила нос, продолжая расчесывать волосы своей Барби маленькой расческой.

— Джейми-Линн, ты помнишь, что тебе говорила Опал? В таких местах полно микробов. Игрушки, в которые ты так любишь играть, являются источником твоей болезни.

— Я знаю, — сказала Джейми-Линн с набитым ртом. — Но ведь кто-то должен составлять детям компанию, пока они ждут своей очереди.

Прошло двадцать минут, и, наконец, появилась Опал. Все с беспокойством переглянулись. Казалось, вместо Опал пришла ее тень. Обычно она вплывала в комнату как свежий утренний ветерок, а сейчас шла так, будто несла тяжелые ведра с цементом. Все сразу смолкли.

— Добрый день, друзья мои. — Даже голос у Опал стал другим, он звучал приглушенно, как будто из другого измерения.

— Здравствуй, Опал. — Все тоже отвечали ей приглушенными голосами, как будто любой звук громче шепота мог ей повредить.

В благодарность за поддержку она улыбнулась им ласковой улыбкой.

— Мой давний друг очень болен. Он умирает, и мне очень грустно терять его, — объяснила она.

Со всех сторон раздались сочувственные возгласы. Оливия перестала раскачиваться в кресле, Бобби прекратил перекатываться взад и вперед на скейтборде, Гортензия перестала качать ногами, и даже Томми перестал шмыгать носом, а я прекратил крутиться на стуле. Это было серьезно, и все заговорили о том, как это тяжело — терять любимых людей. Все понимали. Это происходило с лучшими друзьями постоянно, и каждый раз было так же грустно.

Я не мог участвовать в разговоре. Все мои чувства к Элизабет нахлынули разом и подкатили к горлу, пульсируя, как сердце, куда прибывала и прибывала любовь, так что оно расширялось с каждой секундой, делаясь огромным и гордым. Ком в горле не давал мне говорить — точно так же, как мое расширявшееся сердце не давало мне перестать любить Элизабет.

Когда собрание уже подходило к концу, Опал посмотрела на меня:

— Айвен, как дела с Элизабет?

Все уставились на меня, и я нашел маленькую дырочку в этом комке, через которую мог просочиться мой голос.

— Я оставил ее до завтра, чтобы она кое-что поняла.

Я вспомнил ее лицо, сердце мое забилось чаще, расширилось еще больше, и последнее маленькое отверстие в горле закрылось.

И хотя никто не знал о моей ситуации, все поняли, что это значит «уже недолго осталось». По тому, как Опал быстро собрала бумаги и ушла, я понял, что у нее такая же ситуация.


Ноги Элизабет сами собой ритмично перебирали беговую дорожку, установленную перед большим окном в сад. Элизабет смотрела на холмы, озера и горы, раскинувшиеся перед ней, и бежала все быстрее. Волосы развевались от бега, брови блестели, руки ритмично двигались, и она, как всегда, представляла себе, что бежит по этим холмам, через моря, далеко-далеко отсюда. После тридцати минут бега на месте она остановилась, ослабев и тяжело дыша, вышла из маленького тренажерного зала и немедленно начала убираться, натирая все поверхности, которые и без того сияли.

Как только она убрала весь дом сверху донизу, смахнула всю паутину, вымыла каждый спрятанный темный угол, она начала наводить порядок в мыслях. Всю жизнь она избегала темных углов своего сознания, не желая их освещать. С паутиной и пылью было покончено, и теперь она разберется во всем. Что-то пыталось выползти из темноты, и сегодня она была готова к этому. Хватит убегать.

Она села за кухонный стол и посмотрела на раскинувшийся за окном пейзаж: беспорядочно разбросанные холмы, долины и озера, — все в обрамлении фуксий и японских гладиолусов. С наступлением августа стало раньше темнеть.

Она долго и напряженно думала обо всем и ни о чем, давая тому, что тревожило ее, шанс выйти из тени. Это было то же беспокойное чувство, от которого она спасалась, когда, лежа в постели, пыталась уснуть, с которым боролась, когда неистово отдраивала дом. Но сейчас за столом сидела женщина, бросившая оружие и позволившая мыслям держать ее под прицелом, она сдалась и подняла руки вверх. Как преступница, которая долго была в бегах.

— Почему ты сидишь в темноте? — донесся до нее нежный голосок.

Она слегка улыбнулась:

— Я просто думаю, Люк.

— Можно, я посижу с тобой? — спросил он, и Элизабет на мгновение возненавидела себя за то, что хотела сказать «нет». — Обещаю, что не буду ничего говорить и трогать.

Ее сердце сжалось — она что, действительно такая ужасная? Да, такая, она знала, что это правда.

— Иди сюда и садись, — улыбнулась она, выдвигая стул рядом с собой.

Они сидели в тишине на погружающейся в сумерки кухне, пока Элизабет не заговорила:

— Люк, я хочу с тобой кое-что обсудить. Я должна была сказать тебе это раньше, но… — Она пошевелила пальцами, пытаясь решить, как аккуратно сформулировать то, что она собиралась сказать. Когда она была ребенком, она всего лишь хотела, чтобы люди объяснили ей, что произошло, куда уехала ее мать и почему. Простое объяснение избавило бы ее от многих лет мучительных вопросов.

Он смотрел на нее большими голубыми глазами из-под длинных ресниц, у него были пухлые розовые щеки, а верхняя губа блестела из-за того, что из носа текло. Она засмеялась, провела рукой по его светлым волосам и задержала ее на горячей маленькой шее.

— Но, — продолжила она, — я не знала, как тебе это сказать.

— Это о моей маме? — спросил Люк, качая ногами под стеклянным столом.

— Да, она не навещала нас уже какое-то время, как ты, наверное, заметил.

— Она отправилась в приключение, — радостно сказал Люк.

— Ну, я не знаю, Люк, можно ли это так назвать, — вздохнула Элизабет. — Милый, я не знаю, куда она уехала. Она никому не сказала перед отъездом.

— Она мне сказала, — прощебетал он.

— Что? — У Элизабет расширились глаза, а сердце забилось быстрее.

— Она приходила сюда перед тем, как уехать. Она сказала мне, что уезжает, но не знает на сколько. И я спросил: «Это что-то вроде приключения?» — а она засмеялась и сказала «да».

— Она не сказала почему? — прошептала Элизабет, удивленная, что у Сирши хватило сострадания попрощаться с сыном.

— Угу. — Он кивнул, еще быстрее качая ногами. — Она сказала, потому что так лучше для нее, для тебя, для дедушки и для меня, потому что она все время делает что-то не то и это всех злит. Она сказала, что наконец решилась сделать то, что ты всегда ей советовала. Она сказала, что улетает.

Элизабет чуть не задохнулась, она вспомнила, как всегда, когда дома становилось тяжело, она говорила сестренке, что надо улетать. Она вспомнила, как смотрела на шестилетнюю Сиршу, уезжая в колледж, и как снова и снова повторяла ей, чтобы та улетала. От волнения она не могла дышать.

— А ты что сказал? — наконец удалось произнести Элизабет. Она гладила мягкие волосы Люка, и впервые в жизни ее захлестнуло острое желание оберегать его.

— Я сказал, что она, наверно, поступает правильно, — сказал Люк как ни в чем не бывало. — Она ответила, что я уже большой мальчик и что это теперь моя обязанность — присматривать за тобой и дедушкой.

У Элизабет потекли слезы.

— Она так сказала? — всхлипнула она.

Люк поднял руку и ласково вытер ей слезу со щеки.

— Ну, ты не беспокойся, — она поцеловала его ладошку и потянулась, чтобы обнять его, — потому что это моя обязанность — присматривать за тобой, хорошо?

Его ответ прозвучал глухо, потому что она прижала его голову к своей груди. Она быстро отпустила его, чтобы не мешать ему дышать.

— Эдит скоро вернется, — радостно сказал он, сделав глубокий вдох. — Мне не терпится увидеть, что она мне привезет.

Элизабет улыбнулась, пытаясь взять себя в руки:

— Мы познакомим ее с Айвеном. Как ты думаешь, он ей понравится?

Люк наморщил лоб:

— Не думаю, что она сможет его увидеть.

— Знаешь, Люк, мы же не можем держать его при себе, — засмеялась Элизабет.

— Может, Айвена здесь вообще уже не будет, когда она вернется, — добавил он.

Сердце Элизабет глухо забилось.

— Что ты имеешь в виду? Он тебе что-то говорил?

Люк покачал головой.

Элизабет вздохнула.

— О, Люк, то, что ты так привязался к Айвену, совсем не значит, что он тебя бросит. Я не хочу, чтобы ты боялся этого, как я всегда боялась. Я привыкла думать, что все, кого я люблю, обязательно уйдут от меня.

— Я не уйду. — Люк ласково посмотрел на нее.

— Я обещаю тебе, что тоже никуда не уйду. — Она поцеловала его в макушку и откашлялась. — А что вы с Эдит интересного делаете? Ну, например, ходите в зоопарк или в кино?

Люк кивнул.

— Ты не против, если я как-нибудь пойду с вами?

Люк радостно улыбнулся:

— Да, это было бы здорово! — Он ненадолго задумался. — Мы с тобой похожи, да? То, что моя мама уехала, похоже на то, что сделала твоя мама, правда? — спросил он, дыша на столешницу и выписывая пальцем свое имя на запотевшем стекле.

Элизабет похолодела.

— Нет, — резко ответила она, — это совсем другое. — Она встала из-за стола, включила свет и начала вытирать столешницу. — Они совершенно разные люди, и тут нет ничего похожего! — Ее голос дрожал, пока она яростно орудовала тряпкой.

Подняв голову, чтобы посмотреть на Люка, она увидела свое отражение в стекле оранжереи и замерла. Исчезло все ее самообладание, вся только что проснувшаяся нежность, она выглядела обезумевшей женщиной, которая скрывается от правды, бежит от всего мира.

И тогда она поняла.

И воспоминания, которые скрывались в темных углах ее памяти, начали медленно выползать на свет.

 

Главы

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43

 

 

 

 
 

Главная Аудиокниги Музыка  Экранизации   Дебют   Читальный зал   Сюжетный каталог  Форум   Контакты

Поиск книг в интернет-магазинах

© Библиотека любовного романа, 2008-2016

Запрещена полная или частичная перепечатка материалов сайта без письменного согласия автора проекта. Допускается создание ссылки на материалы сайта в виде гипертекста.

Наши партнеры: Ресторан в южном округе - банкеты, юбилеи, свадьбы.

 

Статистика

Rambler's Top100

Яндекс.Метрика

  ........